Александр Мясников

Александр Леонидович Мясников родился 15 сентября 1953 года в Ленинграде, в семье потомственных врачей: династия ведётся с XIX века, и в тверском городе Красный Холм ей посвящён семейный музей. Дед, Александр Леонидович Мясников-старший, был крупным советским учёным и председателем Всероссийского общества терапевтов — его имя носит Институт кардиологии. Отец, Леонид Мясников, был кандидатом медицинских наук, мать, Ольга Алиева, — геронтологом.

В 1976 году он окончил 2-й Московский медицинский институт имени Пирогова, до 1981-го прошёл ординатуру и аспирантуру в Институте клинической кардиологии и там же защитил кандидатскую — о радионуклидной вентрикулографии в оценке сократимости миокарда. Защита проходила в институте, названном в честь его деда.

Дальше пошла работа, редкая для советского врача: сначала врачом при группе геологов в Мозамбике, в 1983 году — врачом общей практики в провинции Замбези, с 1984 по 1989 год — старшим группы советских врачей-консультантов в правительственном госпитале «Пренда» в Анголе. Вернувшись в Москву, совмещал кардиологию во Всесоюзном кардиологическом научном центре с работой в медицинском отделе Международной организации по миграции, а с 1993 по 1996 год был врачом посольства России во Франции.

В 1996 году он уехал в США, где заново прошёл ординатуру при Медицинском центре Университета штата Нью-Йорк по специальности «врач общей практики», в 2000-м получил американскую высшую категорию и вступил в Американскую медицинскую ассоциацию и Американскую коллегию врачей. В том же 2000 году вернулся в Россию, возглавил Американский медицинский центр, затем созданную им Американскую клинику, а с 2010 года руководит городской больницей имени Жадкевича.

Телевидение началось в 2009 году с программы «Врача вызывали?» и медицинской рубрики на радио; позже появилась передача «Доктор Мясников». В 2012 году зарегистрировано ООО «Клиника доктора Мясникова», учредителями которого стали его жена Наталья Владимировна и Маргарита Житницкая. Заслуженный врач Москвы с 2017 года, кавалер ордена Пирогова с 2020-го, член Общественной палаты Москвы. В 2018 году был доверенным лицом Владимира Путина на президентских выборах, затем Сергея Собянина на выборах мэра. Весной и летом 2020 года был официальным представителем московского информационного центра по коронавирусу. В 2022 году поддержал военные действия России на Украине, тогда как в январе того же года публично высказывался против войны.

Мясников дважды проходил ординатуру — в Москве и в Нью-Йорке. Это не прихоть и не тщеславие: врачебный диплом почти нигде не признаётся автоматически, и путь между странами устроен сложнее, чем в любой другой профессии.

Начать стоит с того, что медицинское образование и право лечить — разные вещи. Диплом подтверждает, что человек отучился; допуск к работе даёт отдельная процедура, в России — аккредитация специалиста, которую проходят периодически в течение всей карьеры. Врач без действующей аккредитации не может вести приём, каким бы опытным он ни был.

Иностранный диплом проходит две ступени. Первая — признание образования: экспертиза документов, подтверждающая, что зарубежная программа соответствует российской по объёму и содержанию. Со странами, с которыми есть соглашения о взаимном признании, ступень упрощена; с остальными нужна полноценная экспертиза, и по её итогам может потребоваться доучивание. Вторая ступень — та же аккредитация, что и для отечественных выпускников, с экзаменом на русском языке. Иными словами, признанный диплом сам по себе права работать не даёт.

В обратную сторону — из России за рубеж — строже. В Соединённых Штатах выпускник иностранного медицинского вуза обязан получить сертификат организации, оценивающей зарубежных выпускников, сдать многоступенчатый лицензионный экзамен и, главное, заново пройти резидентуру — американскую ординатуру, от трёх лет и дольше, независимо от стажа на родине. Именно поэтому Мясников, будучи кандидатом наук с двадцатилетним стажем, в сорок с лишним лет снова оказался ординатором. Ту же логику применяют Великобритания, Канада и большинство стран Евросоюза: местная резидентура обязательна, потому что лицензия удостоверяет не знания вообще, а умение работать в конкретной системе здравоохранения — с её протоколами, лекарственным формуляром и правилами ответственности.

Отдельная категория — врачи при посольствах и в международных миссиях, где Мясников тоже работал. Они лечат сотрудников своего государства на его территории по дипломатическому статусу и под юрисдикцией направившей страны, поэтому местная лицензия им не нужна. Это исключение объясняет, как один и тот же человек может работать в Анголе, Париже и Нью-Йорке — но по трём совершенно разным основаниям.