1.Kla$

Артём Александрович Франк родился 1 декабря 1983 года в русско-немецкой семье в Пермском крае. В 1994 году, когда ему было десять, семья эмигрировала в Германию по программе переселенцев. Музыкой он и его старший брат увлекались с детства.

Первые треки «Первый Класс» записывал в молодёжном центре города Ротенбург-на-Вюмме вместе с братом Евгением в составе группы X-Sector; в 1998 году их композиция попала на музыкальный сборник. Позже Артём объединился с другом в дуэт New Krew, и в 2000 году они выиграли конкурс в Бремене — приз в четыре тысячи марок вложили в студию при том же молодёжном центре.

Дальше были группа Rap Woyska и творческое объединение Optik Russia; за манеру и за ранние баттлы его считают одним из основоположников русскоязычного баттл-рэпа в Германии и в странах СНГ. При этом публичной жизни он избегает: соцсети почти не ведёт, интервью даёт редко, живёт скромно и работает социальным педагогом в детском доме, помогая трудным подросткам.

Сцена, к которой принадлежит этот артист, для российского слушателя выглядит странно: русскоязычный рэп, созданный людьми, живущими в Германии. Объясняется она одной из крупнейших миграционных волн новейшей истории — переселением этнических немцев из бывшего СССР.

Программа приёма поздних переселенцев действовала с конца 1980-х: потомки немцев, живших в России со времён Екатерины, получали право на въезд и гражданство вместе с семьями. За два десятилетия по ней переехали больше двух миллионов человек. Уезжали целыми районами; дети, которым было десять-двенадцать, оказывались в стране, где говорили на языке, которого они не знали, а дома продолжали говорить по-русски.

Из этого разрыва и выросла сцена. Молодёжные центры — немецкая муниципальная институция с бесплатными кружками, репетиционными комнатами и студиями звукозаписи — дали подросткам доступ к оборудованию, о котором в России того времени можно было только мечтать. Отсюда парадокс: техническое качество ранних записей русскоязычного рэпа из Германии было выше, чем у московских коллег, а темы — те же самые.

Отсюда же особая позиция таких артистов. Они пишут по-русски для аудитории, живущей в другой стране, не зависят от российских лейблов, эфиров и премий, а значит, свободнее в высказывании и не встроены в индустрию. Обратная сторона — отсутствие концертной экономики: собрать зал в стране, где твоя музыка на чужом языке, почти невозможно, и потому многие из них всю жизнь совмещают музыку с обычной работой.