Александр Домогаров

Александр Юрьевич Домогаров родился 12 июля 1963 года в Москве, в семье актёра и театрального деятеля Юрия Домогарова — фронтовика, впоследствии директора Росконцерта и Детского музыкального театра имени Наталии Сац. В 1984 году окончил Высшее театральное училище имени Щепкина на курсе Виктора Коршунова.

Год играл в Малом театре, десять лет — в театре Советской, затем Российской армии, а с 1995 по май 2024 года был актёром Театра имени Моссовета. Там сыграл заглавные роли в «Моём бедном Марате» и «Сирано де Бержераке», обе главные роли в мюзикле «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» и Ричарда III у Нины Чусовой. В трилогии Андрея Кончаловского играет Астрова, Вершинина и Гаева.

В кино с 1984 года. Известность принесли «Гардемарины III» (1992), всенародную — «Графиня де Монсоро» (1997), затем «Марш Турецкого» и «Бандитский Петербург». Отдельная линия — Польша: Юрко Богун в «Огнём и мечом» Ежи Гофмана, «Варшавская битва. 1920» у него же, фильмы Вайды и Лазаркевич, а в краковском театре «Багателла» — «Макбет» на польском языке. В 2021 году получил «Золотого орла» за роль Милорадовича в «Союзе спасения». Народный артист России с 2007 года. Помимо актёрской работы поёт: в его репертуаре авторская песня, русский рок и шансон.

«Странная история доктора Джекила и мистера Хайда», где Домогаров пел обе главные партии, — российская версия бродвейского «Джекила и Хайда». Слово «версия» здесь техническое: мюзикл нельзя просто взять и поставить, как ставят Чехова. Это лицензионный продукт, и правила его переноса объясняют, почему одни спектакли за границей выглядят копией оригинала, а другие — самостоятельной работой.

Права на мюзикл держит правообладатель — обычно продюсер оригинальной постановки вместе с авторами музыки и либретто. Театр покупает лицензию на конкретное число показов в конкретном городе и на конкретный срок; в пакет входят партитура, оркестровки и либретто, а отчисления считаются процентом от кассы, а не фиксированной суммой. Пиратской постановки мюзикла не бывает: без партитуры играть нечего.

Дальше — развилка. Реплика («replica staging») означает, что вместе с правами покупается сама постановка: те же мизансцены, те же декорации по оригинальным чертежам, те же костюмы, а от правообладателя приезжает супервайзер и следит, чтобы всё совпало. Так по миру расходятся «Призрак Оперы» и «Кошки» — зритель в любой стране видит один и тот же спектакль. Non-replica — противоположный вариант: театр получает только музыкальный и текстовый материал и ставит своё, со своим режиссёром, сценографией и трактовкой.

Отсюда практические следствия. Реплика дороже и жёстче, но предсказуема и продаётся под мировым брендом; собственная постановка дешевле и свободнее, зато весь риск — на театре. Перевод либретто в обоих случаях согласуется с правообладателем, потому что текст должен ложиться в написанную музыку — это та же задача укладки, что в дубляже, только петь придётся живьём и восемь раз в неделю. И потому же роль в мюзикле — отдельная актёрская специальность: драматический артист, который не держит вокальную партию два часа подряд, на неё просто не проходит.