Игорь Костолевский

Игорь Матвеевич Костолевский родился 10 сентября 1948 года в Москве, в семье Матвея Костолевского — руководителя всесоюзного объединения «Экспортлес» Министерства внешней торговли СССР — и Витты Костолевской. В войну отец возглавлял экспортное объединение наркомата внешней торговли и отвечал за отправку и разгрузку военных поставок в северных портах; жена и старший сын Валерий были тогда в эвакуации в Казани.

В детстве Игорь занимался боксом, но, по его собственным словам, со временем понял, что драка — не лучший способ отстаивать свою правоту. После школы два года проработал испытателем в НИИ кварцевой промышленности, в 1966 году поступил в Московский инженерно-строительный институт — и ушёл оттуда с третьего курса.

Экзамены в Школу-студию МХАТ он провалил и поступил в ГИТИС, на курс Андрея Гончарова. Окончив институт в 1973 году в числе трёх лучших выпускников, попал в труппу Театра имени Маяковского, с которым связана почти вся его сценическая карьера: он делил гримёрку с Владимиром Самойловым и Борисом Тениным, выходил на сцену с Арменом Джигарханяном и Натальей Гундаревой.

Гончаров определил молодому актёру амплуа «комедийного простака», и первые годы Костолевский был занят в основном в массовках. Позже он говорил, что благодарен главному режиссёру: тот поставил его в условия, где надо было выживать, — «тяжёлая, но полезная школа».

Само слово «амплуа» звучит как вкусовая оценка, а на деле это производственный инструмент. Репертуарный театр держит постоянную труппу и обязан из неё собирать любую пьесу: если завтра ставят Островского, герой-любовник, простак, резонёр и характерная старуха должны уже быть в штате. Поэтому актёра при приёме относят к типу — по фактуре, голосу, темпераменту — и дальше распределяют роли внутри этого типа, потому что так труппа комплектуется предсказуемо. Для театра это экономия, для актёра — потолок: его пробуют не там, где он интересен, а там, где не хватает исполнителя нужного разряда. Ломает амплуа обычно кино — оно набирает состав под одну картину и типажи ищет заново, не оглядываясь на то, кем человек числится в театре.

Так и вышло. В кино Костолевский снимался с 1970 года, а в 1972-м сыграл друга Сони Гурвич в «А зори здесь тихие» Станислава Ростоцкого — роль почти без текста, построенную на крупных планах и молчании. Настоящую известность принесла первая главная роль: кавалергард-декабрист Иван Анненков в «Звезде пленительного счастья» Владимира Мотыля (1975). Мотыля привлекли одухотворённость облика и сочетание робости со страстью — и с этого фильма за актёром закрепилось амплуа романтического героя, ровно противоположное театральному. Дальше были «Безымянная звезда» Михаила Козакова (1979) и политический детектив «Тегеран-43» (1980), где он играл разведчика Андрея Бородина, сорвавшего покушение на «большую тройку»; готовясь к роли, актёр консультировался с реальным прототипом — разведчиком Геворком Вартаняном. Песня «Вечная любовь» Шарля Азнавура из этой картины стала мировым хитом и до сих пор ассоциируется с его героем.

Костолевский — народный артист России с 1995 года и лауреат Государственной премии 2000 года. С 2017 по 2023 год он был президентом национальной театральной премии «Золотая маска».