Мария Миронова

Мария Андреевна Миронова родилась 28 мая 1973 года в Москве, в семье актёров Андрея Миронова и Екатерины Градовой. Ребёнком дебютировала в кино у Станислава Говорухина — сыграла Бекки Тэтчер в «Приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна». Легенда о том, что она впервые появилась на экране младенцем в «Семнадцати мгновениях весны», не подтверждается: сцены с ребёнком радистки Кэт снимали ещё в 1971 году.

После школы в Дегтярном переулке она поступила в Щукинское училище, а в 1993-м, после рождения сына, перешла во ВГИК и окончила его в 1996 году. Приглашение играть было от «Школы современной пьесы», но она выбрала «Ленком» и служила там с 1997 по 2023 год.

За роль Федры в спектакле «Федра. Золотой колос» она получила в 2007 году «Золотую маску» и приз «Московского комсомольца», в 2015-м — «Хрустальную Турандот», в 2020-м стала народной артисткой России. С 2008 года — соучредитель и президент фонда «Артист» и член арт-дирекции фестиваля «Территория». Её сын Андрей Миронов-Удалов — актёр «Ленкома».

Фонд «Артист», который Миронова возглавляет с 2008 года, помогает пожилым актёрам. Само существование такого фонда — следствие того, как устроена эта профессия, и объяснить это стоит подробнее, чем «артисты бедные».

Дело в структуре дохода. У актёра репертуарного театра оклад невелик: заметная часть заработка всю жизнь складывается из того, что оформлено не как зарплата, — гонорары за съёмки, антреприза, озвучивание, договоры на разовые работы. С этих денег пенсионные отчисления либо не идут вовсе, либо идут по минимуму. Итог арифметический: народный артист с полувековым стажем и всенародной известностью выходит на пенсию, посчитанную по официальному окладу провинциального театра.

Дальше накладывается специфика профессии. Востребованность обрывается резко: ролей для возрастных актёров в разы меньше, и переход из «играющего» в «неиграющего» происходит за один-два сезона, без предупреждения. Накоплений обычно нет — доход был нерегулярным, и откладывать было не с чего. Медицинские расходы у людей, десятилетиями работавших голосом и телом, выше средних. И почти всегда добавляется гордость: просить помощи публично человек, которого узнают на улице, не готов, поэтому обращение идёт не от него, а от коллег.

Отсюда конструкция таких фондов: адресная помощь по заявкам от театров и коллег, оплата лечения и лекарств, а не выплата пособий, и подчёркнутая непубличность получателей.