Natan

Алишер Азизович Мирзохонов, выступающий как Натан Миров, родился 17 марта 1986 года в городе Курган-Тюбе Таджикской ССР. Отец — врач, мать — учительница. Он окончил музыкальную школу по классу духовых инструментов и рано начал писать стихи; по разным версиям, впервые читал их публично то ли в четвёртом классе, то ли в шестнадцать лет в школьном актовом зале.

В тринадцать лет, в 1999 году, вошёл в состав алма-атинской группы «Синдикат», у которой в 2003-м небольшим тиражом вышел первый альбом. После школы поступил на актёрский факультет института искусств и окончил его в 2009 году, продолжая заниматься музыкой и в группе — в 2008-м она сменила название, — и сольно.

Переломным стал 2013 год: лейбл Black Star объявил кастинг «Молодая кровь» — свой первый проект по поиску молодых артистов. Ехать нужно было в Москву, и деньги на билет в один конец пришлось занимать. Откликнулись больше двух тысяч человек, победил Натан. 28 октября того же года вышел его дебютный сингл «Аллилуйя», следом «Новая жизнь» и «Майкрофон», 11 марта 2014-го — совместная с Тимати «Девочка бомба», а настоящая популярность пришла в 2015 году с песней «Дерзкая», тоже записанной с Тимати. В рамках работы на лейбле он участвует в мероприятиях суббрендов — Black Star Gaming, Black Star Karting, Black Star Burger. Женился в 2012 году на дизайнере Анастасии Швецовой; сына тоже назвали Натаном. После победы на конкурсе перевёз семью в Москву, но долго скрывал семейное положение, поддерживая имидж холостяка.

Black Star, куда Натан попал через кастинг, к середине 2010-х перестал быть просто лейблом: рядом с музыкой появились бургерная, картинг, киберспортивный клуб, барбершопы и одежда. Артисты участвуют в открытиях, снимаются в рекламе, приходят на турниры — и всё это часть одной конструкции, устроенной как франчайзинг.

Франшиза юридически оформляется договором коммерческой концессии: правообладатель передаёт партнёру право работать под своим брендом, по своим стандартам и рецептурам, а тот платит вступительный взнос и дальше отчисляет процент от выручки. Ключевое здесь — предмет договора: передаётся не бизнес, а право пользоваться товарным знаком, поэтому регистрация знака обязательна, а сам договор подлежит регистрации в патентном ведомстве. Помещение, персонал, оборудование и все риски — на партнёре.

Зачем это музыкальной компании, понятно из арифметики. Известность артиста — актив, который сам по себе плохо конвертируется в деньги: стриминг платит копейки за прослушивание, концерты требуют постоянных гастролей. Франшиза же превращает узнаваемость в поток отчислений, не требующий ни новых песен, ни выступлений. Артист при этом становится частью рекламной машины: его появление на открытии — не дружеский жест, а элемент продукта, который продают партнёру вместе с брендом.

Обратная сторона тоже прописана в природе схемы. Репутация бренда общая: скандал в одной точке бьёт по всей сети и по музыкантам, чьи лица к ней привязаны. Качество контролируется только стандартами и проверками, а не прямым управлением, потому что заведения принадлежат разным людям. И самое неочевидное для слушателя: артист лейбла, участвующий в мероприятиях суббрендов, делает это не по собственной инициативе — участие в маркетинге группы компаний обычно прямо прописано в его договоре наряду с записью альбомов.